Проблемы евроамериканской цивилизации

23 сентября 2008 - Администратор

 Возвращаясь к проблематике евроамериканизма, надо признать, что мы не лучше и не хуже остальных этносов, но наше счастье в том, что наши предки освоили и отстояли огромные территории планеты, нас много численно, мы более близки, чем даже думаем, об этом говорят наши языки и этническая история. Только от нас зависит, используем ли мы это единство в общее благо, либо низведём до внутренней конкуренции и самоистребления по любым признакам. С такого понимания, с этой точки отсчёта, можно начать новый этап движения вперёд, во главе человеческой цивилизации.

 Большинство происходящих в современном мире событий прямо или косвенно связаны с той ролью, которую играет в судьбах человечества евроамериканская цивилизация. История обнаруживает её со времён, отстоящих от нас в шести с половиной тысячах лет назад, это 260 поколений, когда наши первые предки появились в Поволжье и Причерноморье. С тех пор, мы расходились волнами, расселяясь на огромных территория, создавая высокоразвитые цивилизации и неся бесчисленное количество открытий, благодаря которым, человечество достигло нынешнего уровня развития.
Если рассматривать евроамериканизм, как совокупность государств, которые сегодня существуют на просторах Евразии, Америки и Австралии, то мы не уйдём глубже понимания политических игр и корысти, которые во многом сиюминутны и конъюнктурны. Географический принцип удобен в своей статичности, но не во всём отвечает интересам тех этносов, которые проживают в этих регионах. Культурное обобщение уводит нас в координаты, где нас дробят религиозные, исторические и другие принципы. Идеологические расклады – тот эксперимент, который мы трудно проходили весь XX век…
Что же нас, евроамериканцев, объединяет по-настоящему, не временно, не по стечению обстоятельств, которыми полна наша история? Наше этническое происхождение.
Начав колонизацию древней Европы, мы стали её настоящими хозяевами, отстояв в многочисленных вызовах других цивилизаций. Наш общий дом, хоть и беспокойный, стал мощным бастионом, оттолкнувшись от которого, романцы и германцы колонизовали Америку и Австралию, славяне – север Азии. Только наша цивилизация своим присутствием и участием охватила весь мир, вошла в контакт со всем остальным человечеством.
То, что сейчас совокупная экономическая и политическая мощь евроамериканских государств является подавляющей – заслуга наших предков, которые сотни и тысячи лет наиболее эффективно реализовывали свой потенциал и достигали глобальных результатов. На этом пути можно найти немало недостатков, да и преступлений, потрясших весь мир, вовлекавших его в самоуничтожение. Но при этом, надо помнить, что в других вариантах цивилизация переживала не меньшие зверства, которые отличались, разве что, масштабом применения, часто сдерживаемым именно евроамериканцами.
Сегодня предпринимаются попытки историков подвергнуть анализу пройденный путь, понять свою судьбу, сделать выводы, которые не позволят повторить допущенные ошибки в будущем. Это делается с разных позиций, поэтому результаты и выводы настолько разнятся. Данная работа – попытка рассмотрения проблем евроамериканской цивилизации с этнических позиций. Возможно, она окажется не самой неудачной, и дальнейшая разработка этого направления окажет практическую помощь в движении наших потомков к такому миру, который для нас и наших предков был, а для нас является неосознанной мечтой.

I.

Самая большая проблема – разобщённость. Как обычно, она происходит от интенсивного роста, расширения и вклинения чуждоэтнических элементов. Разнообразные географические условия и контакты приводят к возникновению и развитию множества особенностей образа жизни и различию дальнейших целей. На это накладываются религиозные культы, часто враждебные друг к другу, идеологии, экономические интересы и прочее.
Но самое основное препятствие – государственность. Сама по себе, она очень конструктивна и универсальна, трудно представить что-то более удачное для решения внутренних вопросов человеческих сообществ и правил игры для внешних контактов. Государственность подразумевает некую автономность и универсальность определённой территории, населённой подданными конкретной властной элиты, которая изначально формировалась из этнической общности.
Однако, по пути усложнения государственного механизма, запускаются процессы, которые идут прямо в разрез с теми установками, с которых возникали эти самые государственности. Достаточно спросить, а насколько данное государство следует своей этнической ответственности? Мало кто из государственных деятелей, глубоко разбирающихся в экономике, культуре, юриспруденции, истории, способен внятно ответить на этот вопрос, к сожалению…
В лучшем случае, скажут, что задавать такие вопросы неприлично, в обществе, достигшем вершин справедливости, успешности, свободы, толерантности и так далее и тому подобное. Но не всё же в мире так совершенно и идеально, а, скорее, наоборот. И трудности всё более усугубляются, что заставляет поднимать прямой взгляд на, по-настоящему, большие вопросы и начать бороться не с болезнями, а с их причинами, меняя правила игры, в которых, не могут не возникнуть эти болезни.
Политика, которая сейчас заменяет всё, компенсируя принципы безумной гибкостью, на поверку оказывается всё более неубедительной. Любое событие в современном мире демонстрирует отсутствие консолидации по любому вопросу и, даже, откровенное обострение и противостояние. Мы уже боимся малейших изменений, так как, они ведут к обострению большинства затухших и приглушенных процессов, которые могут пойти в разнос. У нас нет настоящих принципов.
Отчего такое отсутствие единства цели? Всё просто, выгода строится на разных основаниях, что не удивительно для уровня государственного подхода. Кому-то важнее экономические результаты, кто-то играет в многоходовую политику, кто-то печётся о безопасности и самосохранении, кто-то проявляет идеологическую солидарность. На этом пути заложена масса ловушек, в которые попадают лидеры и их элиты, что приводит к ещё большей дестабилизации.
Как же достигается, хотя бы, формальное единство или нейтралитет? Очень просто – покупается. Пока это универсум. Купить можно и позицию государства и отдельного человека. Где тут место принципам? Может, они лежат вне политики, где-то глубже? Интересен опыт Евросоюза, когда Европа, континент, регулярно поливаемый кровью в тяжёлых родах своего единства, демонстрирует, на первый взгляд, удачную попытку превращения в регион спокойствия и умиротворения. Но всё ли так благостно? Не скрывается ли за внешним лоском банальная купля и надежды на иждивенчество?
Не секрет, что европейские нации зиждутся на своих государственностях, что выражается в чрезмерной чувствительности ко всему, что ей теоретически может угрожать и сугубой «добровольности» любого шага, что ведёт к вышеупомянутой технологии – купле. Где выход, который сделает технологию объединения гармоничной и необратимой при каком-нибудь кризисе? Такой путь есть, он подготовлен самой природой той части индоевропейцев, которые в течение трёх тысяч лет наводняли Европу.
Этническое единство вне жёсткой привязки к сформированным политическим нациям. Это состояние очевидно из общности языков. Если очистить наносы последних двух тысячелетий, ещё возможно обнаружить мироощущения наших предков, принёсших в Европу множество непреходящих ценностей, благодаря которым, мы получили преимущества, позволившие нам встать во главе сегодняшней цивилизации. Это надо осознать, оценить, этими инструментами надо работать, ничего не стыдясь.
Самая большая победа будет в преодолении внутренней разобщённости, во имя создания комфортного внутреннего мира всей евроамериканской цивилизации. На каких условиях? На самых принципиальных, – этнических, где не будет места торговли по мелочам, где можно у одного отнять, а другого купить. Где не будет всегда правых и наперёд виноватых, которых надо травить всегда и за всё. Мы должно начинать с понимания, что мы все - евроамериканцы, и в этом всегда правы перед собой, в своём доме, который занимает полмира.
Выгоды от единства очевидны, консолидация приведёт к ясным отношениям с ещё более разобщёнными соседями, которые не смогут больше пользоваться и паразитировать на наших разногласиях. В решение внутренних вопросов не должны вовлекаться силы, со стороны, проводящие свои интересы и извлекающие из этого выгоду. Мир станет более устойчив не от однополярности, а от наличия мощной стабилизирующей структуры, исключающей политические случайности, заносы или конкуренцию без правил.
Роль евроамериканской государственности должна сводиться к административным функциям и развитию культурных традиций, что является нашим историческим достоянием. Высвобождающийся потенциал может послужить мощным толчком к развитию науки, технологий, прорывам в отраслях, которые раздвинут перед человечеством новые горизонты. В этом всегда наша цивилизация стремилась себя проявить, даже, сквозь неимоверные трудности и внутренний раздрай. А что будет, по их преодолении?

II.

Вторая проблема – отсутствие внутриэтнической структуризации. Увлёкшись национально-государственным строительством, европейцы, затем и американцы, пытаются создать мозаичную комбинацию, лишь условно-географически напоминающую собой структуру. Этому есть исторические причины. Европа неоднократно на себе прочувствовала попытки установления доминирования над собой одного из государств.
Эти попытки всегда были связаны с ужасными войнами, переходящих в масштаб Мировых и возвращению в исходное положение.
Однако, выводы сделаны достаточно однобокие и, конечно же, с государственных позиций. Последняя война 1939-1945гг., чаще всего, воспринимается как борьба с нацизмом или как ужасы Холокоста, в лучшем случае, как попытка Германии объединить Европу под своей властью. Только этнический подход позволяет оценить её как очередную Гражданскую войну Европы, где германцы, романцы, славяне, греки, балты, албанцы, кельты уничтожали друг друга и сами себя, вовлекая во взаимную бойню иноэтнических союзников.
Мало кто за такими событиями, полными трагедий человеческого и государственного масштаба, видят попытки объединения своего этнического мира. Если последняя попытка объединения романского мира была в XIX веке, а германского - в XX-том, то славянам в лице России и Югославии достаётся до сих пор. В умах европейцев господствует мнение, что нельзя допускать славянского этнического сближения и необходимо всячески препятствовать, так как остальные европейцы, помня свой негативный опыт, не готовы реагировать на интеграцию адекватно.
А если в таком единстве есть смысл? Неужели, десятки мелких стран способны на что-то большее, чем на самоутверждение своей самодостаточности? Уместно сравнить успехи античных греческих государств и Империи Александра Македонского. Только под символами македонской армии греки прекратили самоистребление и принесли на Ближний и Средний Восток эллинизм, просуществовавший несколько столетий.
Евросоюз демонстрирует большие интеграционные возможности в экономике и гуманитарной сфере, но тут же «спотыкается» на проблеме Конституции и принятии любых политических решений, обязывающих к действиям. Неубедительны последствия ликвидации гуманитарных катастроф путём «наказания виновных», назначенных путём голосования. Особенно на фоне миграционной политики, ведущей к катастрофе, угрожающей этнической сущности нашего континента более, чем вторжение арабов в VII веке и османов в XV веке. Зачем допускать то, что закончится реконкистой?
Почему бы евроамериканской цивилизации не состоять из крупных блоков, не по идеологическим и политическим причинам, а чисто этническим? Из романского, германского и славянского союзов, которые с балтами, греками, албанцами и кельтами будут представлять евроамериканскую общность? Чем это может повредить комфорту этнической среды? Опасность есть только для, так называемых, «национальных элит», которые строят свою политику на враждебности к близкоэтническим родственникам и самосохранении, как абсолюта.
Неужели, за любым укрупнением должен последовать антагонизм и взаимное истребление? Тут, скорее, проблема управленческого характера, как не допустить к власти лидеров или идеологии, враждебные этническому единству. Наличие международных центров разноэтнического уровня могли бы обеспечить снятие таких напряжённостей. Пока же, кто-то очень не верит в силу этнического притяжения евроамериканцев.
Что мы имеем сейчас? Относительное единство Евросоюза, цементируемое четырьмя крупными странами, при всемерной поддержке и контроле США, которые позиционируют себя единственной сверхдержавой и «империей добра». При этом, американский опыт иммиграции в Европе работает заметно менее успешно. Южнее США находится не «задний двор», а нестабильный Латиноамериканский регион, где происходят непредсказуемые процессы, способные в близком будущем «переустроить» США.
Восточная Европа с российским продолжением до Тихого океана представляет не менее разбалансированный развалом «империи зла» - СССР, регион, с тем отличием, что его необходимо предполагается продолжать дробить любой ценой и не позволять консолидироваться. Кто-то способен осознать, что это грозит утерей азиатской части не только России, а всей евроамериканской цивилизации? Ради чего? Чтобы кто-то очень маленький и очень свободный мог потешить свои амбиции? А что потом?
Не слишком ли убогая картина? К этому необходимо прибавить перманентный и приближающийся коллапс экономики, так называемых, развитых стран, неудачные попытки политического и военного вмешательства в различные регионы мира, невозможность интеграции миллионов мигрантов в европейскую культуру, перспективы утраты территорий, которые столетиями контролировались и были под влиянием российских государств, революционные кризисы и военные перевороты в Латинской Америке.
Всё более очевидно, что наступает очередной этап такого мирового переустройства, которое должно зафиксировать происходящие изменения, разрешив накопившиеся разнообразные проблемы. Желательно при этом пролить не слишком много крови, чтобы не быть отброшенными в предыдущие века, не усвоив их опыта. Кто же ещё должен встать во главе этого процесса, как, не евроамериканцы, осознавшие своё единство и ответственность за стратегическое планирование будущего человеческой цивилизации?
Необходимо давно отказаться от самых затратных во всех отношениях, внутренних разделов, конкуренции и конфликтов, гармонизировав отношения не на уровне государственных выгод, а на уровне внешних задач. Надо построить тот образец взаимоотношений и внутреннего устройства, который будет соответствовать уровню задач цивилизации, и приемлем остальному мировому сообществу.
Высвободив ресурс, затрачиваемый на бесконечную борьбу за переустройство внутренних связей, возможно с большей эффективностью употребить его на укрепление внешнего периметра и прорывные проекты для всего человечества. Мы все и сейчас этим занимаемся, но, отвлекаясь, и с оглядкой на множество второстепенных обстоятельств, как плохая футбольная команда, где все бегают за одним мячом, мешая друг другу, не особо выполняя своё назначение.
Славянская история демонстрирует выдающиеся успехи и результаты на азиатском направлении, и самоубийственную неэффективность в центральной Европе. Германская доминанта стремительно развивалась в североамериканском направлении и тихоокеанском бассейне, получая отпор в южной и восточной Европе. Романская цивилизация была успешной на латиноамериканском и африканском направлениях, не имея особого успеха в Азии. Что же здесь делить? Общие интересы требуют сосредоточения на каждого на своих целях, без ревности к успехам друг друга.
Европа и Америка – наш общий и уютный дом, а работать надо в Африке, Азии и на Дальнем Востоке, не мешая друг другу, по необходимости оказывая помощь. Надо ли заботиться о том, понравится ли это конкурентам на цивилизационном рынке? Можно сказать – их проблемы, мы имеем право пользоваться нашими организационными преимуществами, как и они пользуются своими, нас не спрашивая.
Так называемые, «государственные интересы» заранее часто делают из нас пигмеев, которым остаётся наступать друг другу на шнурки и сбиваться в группки «по интересам». Стремление к интеграции евроамериканцев объективно, его не стоит сдерживать, но происходить она должна не на «демократических ценностях», а на этнических основах и в крупных естественных формах. Не надо беспокоиться, кого это может испугать, надо представлять, как это разгрузит нашу жизнь от суеты и мелких беспокойств.

III.

Многих людей беспокоит вопрос, одиноки ли мы во Вселенной? Хороший вопрос. Когда-нибудь на него ответят. Сегодня можно твёрдо утверждать, что мы не одиноки в своей этнической Галактике, которая называется Индоевропейством. У нас есть братья в этническом разнообразии человечества – индоиранцы и армяне. Они занимают внушительный регион Среднего Востока с огромным населением, более четверти всего человечества. Такое единство поднимает наш потенциал до недосягаемых высот.
Проблема в том, что за последние столетия произошло значительное разделение, которое выражается в географическом, религиозном, культурном, политическом и других разрывах. Как это всё восстановить? Очевидно, последовательно, не допуская новых конфликтов, разбираясь с проблемами, оставленными старыми и отложенными. Таковых немало и в большинстве негативную роль сыграли наши предки, евроамериканцы и ответственны мы, современники. Надо ли оставлять такое «наследство» на будущее?
Наиболее опасно ядерное противостояние Индии и Пакистана. Кто виноват, и как так вышло, понятно. Религиозная проблема, доведенная государственным разделением и политикой до этнического абсурда. Индийская общность поддерживается в перманентном состоянии гражданской войны при потенциальной угрозе ядерной. Надо помочь этой цивилизации прийти к миру вне религиозного фундаментализма. Что послужит заменяющей опорой? Этническое единство.
Зияющая десятки лет, афганская рана. Пора признать банкротство политики государствотворчества. Разделённые между тремя государствами иранские этносы таджиков и пуштунов не могут создать счастливых социалистических или демократических наций. Не признавая очевидных проблем, мы насилуем инвалидов, вместо логического разрешения от бремени нагромождённых проблем.
Для этого надо признать интегрирующую роль Ирана в консолидации сообщества от Курдистана до Пуштунистана. Сейчас евроамериканский мир играет свою роль с точностью, до наоборот. Иран загнан в угол религиозного мракобесия под постоянной угрозой вооружённого вмешательства. Так проблемы не решают, тем более, с братьями. Иран должен стать цементирующей основой для Среднего Востока, находясь в историческом соприкосновении с семитской цивилизацией.
Особняком стоят проблемы Армении и Курдистана, отложенные со времён I Мировой войны. Уже четыре поколения эти узлы «не рассасываются» сами собой и любому вменяемому человеку понятно, что когда-то эти проблемы всё-таки разрешатся, через реки крови, армянской, курдской и всех добрых соседей. Таковы правила игры международных отношений? Везде не предупреждать, а всегда опаздывать …
Этот регион имеет огромный экономический и людской потенциал, сравнимый, разве что, с Дальневосточным. Однако, отягощённый внутренними проблемами, он ещё и оттягивает на себя внимание всего мирового сообщества, которое справедливо опасается за неуправляемое развитие событий. Евроамериканскому миру пора признать это направление приоритетным и долгосрочным в своих перспективных планах развития.
Полноценное партнёрство и опора на индоиранский мир позволит решить наиболее важные геополитические задачи:
- прямой выход и контроль северной части Индийского океана.
- доступ к Китаю и Юго-Восточной Азии с запада, в дополнение, к имеющемуся с севера и востока.
- влияние на арабский мир и его запасы углеводородного сырья с востока.
- заключение тюркского этнического массива внутри индоевропейского мира и превращение его вместо скрытой угрозы из прошлого в полноценного союзника.
- неограниченные людские ресурсы, вместо этнически нерегулируемой миграции в развитые страны из других миров.
Можно и дальше приводить доводы о преимуществах этнической связки таких гигантов, как евроамериканцы и индоиранцы, но сейчас у нас, даже, нет территориального контакта, который был нарушен вторжением тюркских этносов, которые продолжались с IV по XIII века. Такой мост реально возможен только на Кавказе, и его разрушенные остатки ещё существуют. Между Джавакхом, населённым армянами, и Южной Осетией, по прямой полсотни километров. Это между такими-то огромными этническими континентами!
Кто же протянул между нами эту паутинку? Государство. Грузия. Ради её целостности этот мост не должен быть восстановлен НИКОГДА. Маленький осколок иранского мира должен быть разделён границами враждебных государств. Такова этнически враждебная логика международных отношений … Может что-то пора принципиально менять? Не вертит ли хвост собакой?
Россия взяла на себя ответственность за это строительство и справедливость по отношению к братскому разделённому народу. Скорее, интуитивно, чем по какой-то корысти. И что, это кто-то оценил по достоинству? Кроме ревнителей политических принципов, которые застилают глаза на трезвый взгляд на происшедшее – никого особо не видно. Где глобальные умы, могущие дать этническую оценку события?
С XVII века Россия и Иран через Кавказ шли навстречу друг другу, через войны с тюрками, кавказцами, между собой. То есть, традиционными методами произошёл контакт славянского государства с иранским и далее, по всей этнической линии соприкосновения до Памира. Это большой успех индоевропейцев в восстановлении своего единства, к которому шли веками. Сожаление вызывают интриги по отношению к тем, кто добился этого успеха, особенно тех, кто должен был это оценить.
После развала СССР, проблема, более чем трёхсотлетней давности, вернулась, что привело к дестабилизации по всей дуге от Кавказа до Памира. Россия с трудом восстановила юрисдикцию на северном Кавказе. Грузия и Азербайджан, жёстко подавляя меньшинства, демонстрируют противостояние соседям. Армения в отстаивании Карабаха фактически изолирована. Иран стал главным виновником всего и всея.
Что же позитивного произошло на Кавказе с начала 90-х годов прошлого века, если абстрагироваться от шелухи –измов и –кратий? Вывод прост: мы ещё далеки от понимания принципов решения такого рода вопросов. Традиционные государственные или идеологические подходы обнаруживают свою беспомощность и тенденцию к усугублению ситуации. Нельзя что-то менять, ничего не меняя. Обманчивое самоуспокоение. Возможно, придётся вернуться к природе этнических связей, как к системе, способной предложить решение.

IV.

Рассмотрев индоевропейское сообщество как уровень этнической глобализации, необходимо сориентироваться в окружении, которое весьма разнородно по многим параметрам. Смысл заключается в определении союзнического круга и зон особых интересов нашей цивилизации. Его можно назвать ностатическим, то есть, «нашим», как и языковую семью, и надэтническую общность. Близость или совпадения в этом вопросе не удивительны, а закономерны, что обнаруживает наличие работоспособной системы в организации цивилизации, которая используется неэффективно.
Показательно, что эти малые и большие цивилизации, по большей части, исторически инкорпорированы в нас, поэтому речь не идёт о какой-то агрессии далеко вовне. Это, скорее, организация внутреннего соседства. Кто же относится к этому «ближнему кругу»? Хорошо нам знакомые уральцы, алтайцы, кавказцы, дравиды, баски, индейские и палеосибирские сообщества, судьба которых неразрывна с индоевропейским миром.
Многогранные культурные, экономические, политические связи существуют и сейчас, но трактуются более, как межгосударственные или автономистские. Этнические модели взаимоотношений, могущие претендовать на идеологии, пока достойного распространения не получили. А такой опыт уже есть, описан, его элементы существенно влияют и гармонизируют наши отношения с алтайским миром. Достойна попытка взаимодействия на государственном уровне на этой платформе России и Казахстана.
На примере евразийства мы можем видеть модель, где разум и добрососедство нашли такой уровень взаимоотношений, который решил проблемы, которые представляли самое жёсткое испытание на протяжении двух тысячелетий. Драматическое противостояние не только осозналось как трагедия, но и как данность, которую необходимо превратить во взаимовыгодное союзничество. Можно предположить, что в ближайшем будущем такая платформа может получить достойное развитие и дать ценный опыт.
Почему аналогичных моделей не выработано для остальных, менее крупных этнических сообществ? Представляется, что предел таким поискам положили рамки межгосударственных или внутригосударственных отношений. Стремление загнать решение всех проблем в компетенцию государства породило империализм. Ответом на это являются всплески сепаратизма, национально-освободительной борьбы, терроризма, религиозного фундаментализма, геноцида и других уродливых форм политической борьбы. Жизнь заставит поработать и в этих направлениях.
Глупо ожидать, что национальные элиты сами начнут себя переделывать, отказываясь от традиционного опыта и власти, но уже взаимодействие на этническом, надгосударственном уровне позволит создавать новые модели и правила игры. Властные элиты обратят на них внимание не по интеллектуальным соображениям, а если почувствуют пользу таких технологий в разрешении своих запутанных вопросов. Государство – не достижение на века и не панацея, а громадная ответственность, в том числе и этническая, перед теми, кто является его гражданами.
В чём польза такого внимания к соседям, не столь успешным в результатах своей цивилизационной деятельности?
- во-первых, фактор их присутствия объективен, это данность и соседей не выбирают.
- во-вторых, нельзя позволить, чтобы они подпали под влияние более серьёзных конкурентов и создали проблемы, на которые придётся отвлечь немало ресурсов.
- в-третьих, будучи надёжными союзниками, их ресурсы могут быть привлечены для решения внешних проблем.
Что это даёт остальным ностатическим цивилизациям? Прежде всего, уверенность в стабильности своего существования и развития. Понятные и разумные правила игры в политике, экономике позволят считать себя не обузой, создающей проблемы для локомотивов развития, а равным участником, стоящим на передовых рубежах человеческой цивилизации. Перспективы постоянной борьбы за гегемонию или отстаивание своих позиций не продуктивны, даже, если, какие-то национальные элиты находят для себя в этом смысл.
Если обобщить вышесказанное, то ближайшие соседи представляют тот непреодолимый резерв, позволяющий осуществлять своё этническое доминирование в обозримом будущем в мире, в целом. Это гарантированный мощный фактор, ничего общего не имеющий с монополярной гегемонией самого развитого государства, путём различных идеологических, экономических и военных манипуляций или противостояния «двух систем» на грани ядерной войны, как было совсем недавно.

В заключении хотелось бы обратить внимание, что данная тема – не попытка интеллектуального теоретизирования, а поиск масштаба, в котором возникающие проблемы выглядят не фатально катастрофическими, а в сравнении, в координатах более глобальной системы. Устойчивость структуры не должна обеспечиваться набором произвольных факторов, которые удаётся компенсировать правилами, определяемыми интуитивно. Этнические основы возникли в самой природе человечества и нам, лишь, кажется, что цивилизация и государственность адаптировали их «под себя».
На самом деле, мы пока противостоим и боремся с процессами, пугающими нас непредсказуемостью, и называем это нашей славной историей, приписывая себе героизм, а соседям - коварство. Надо научиться использовать энергию этнических связей не для сиюминутного политического корыстолюбия, а для перехода на другой уровень понимания своей сущности и гармонии, избавленной от суетливых рефлексий по любым поводам.
Государственность, как форма цивилизации, и далее будет удачным административным инструментом, которому, желательно, проходить аудит на предмет этнического соответствия и целесообразности для развития этнических общностей. Экономика, религия, культура, права человека давно перешагнули государственные рамки, а часто и диктуют «суверенитетам» как себя вести. В этом ряду явно не хватает ключевого элемента, давшего толчок к движению и развитию человеческих сообществ много тысяч лет назад.
Странно, что к этническим требованиям такого внимания нет. Можно предположить, что это связано с исторически недавней попыткой гегемонии нацизма. Но нацизм – порождение именно государства, развязавшего мировую войну за своё превосходство, и совершенно не имеет отношения к этнической структуризации, призванной исключить подобное самоистязание, даже, теоретически.
Возвращаясь к проблематике евроамериканизма, надо признать, что мы не лучше и не хуже остальных этносов, но наше счастье в том, что наши предки освоили и отстояли огромные территории планеты, нас много численно, мы более близки, чем даже думаем, об этом говорят наши языки и этническая история. Только от нас зависит, используем ли мы это единство в общее благо, либо низведём до внутренней конкуренции и самоистребления по любым признакам. С такого понимания, с этой точки отсчёта, можно начать новый этап движения вперёд, во главе человеческой цивилизации.

Похожие статьи:

Вопросы этногенезаК вопросу об этнической истории белорусов

История в политикеНепризнанные государства южного кавказа и этнополитические процессы на юге россии

Вопросы этногенезаРоссийский народ и национальная самоидентичность

ЧеловековедениеО русском государстве: Пятый элемент

Вопросы этногенезаГеометрические абстракции и человеческая мера

Рейтинг: 0 Голосов: 0 788 просмотров
Комментарии (0)
Добавить комментарий